В древние времена чего только не было. Чистая Санта Барбара! В данной статье мною будет описан жизненный путь одного из самых известных богачей в человеческой истории – Марка Лициния Красса.

Итак. Марк Лициний Красс был рожден и рос вполне успешно. Видя такой прогресс, его родители нарекли Марка Лициния именем Диотрус Барберус Пагий, что на утерянном древнем финикийском диалекте означает «растет не по дням, а по часам».

В дальнейшем, выросши из детского возраста, Марк Лициний Красс приступил к активной жизнедеятельности и начал копить. И копил, и копил, и к своему тридцатилетию скопил столько, что слоны не смогли бы перенести все его богатство через Тибр. А еще подтибрил кучу денег у отца и матери, которые хранились в глиняной копилке-свинье. Еще при их жизни, и сделал вид, что ничего не было.

Так было создано первое мегасостояние Древнего Мира. До этого просто такая возможность никому не приходила в голову.

Жизнь древнего богача отличается от жизни современных миллиардеров. Сейчас все их богатство может вылететь в окно, если окажется, что дверями Теслы можно чистить морковку или если ты поддерживаешь депортацию нелегальных мигрантов. Если бы легальных, то ладно, их можно легально депортировать. Но как легально депортировать нелегальных? Морально-юридическая дихотомия и коллизия вырисовывается, которая добром для Илона не закончится, кмк.

На этом современные миллиардеры и колятся. И денег у него вроде полно, и летит он вроде как в частном самолете…. Но выйди неудачный пост в тиктоке, и все – пилоты отключают круиз контроль, и сигают с парашютами прямо из кабины бизнес-джета, еще в полете тыкая твит, дескать, я прозрел, и больше в одном самолете с этим расистом и мисуге… мисюдж… ну, короче, оставаться с ним больше в одном фюзеляже не могу – совесть заела. Потом приземляются на елку и становятся инфлюэнсерами-миллионниками.

А в древние времена ничего такого не было. Никаких тебе деривативов, никакой уокистской адженды, блин, язык сломаешь. Просто денег дохера. Это и называлось - «богач».

Наивные, как тапки, честное слово.

Ну и вот. Жил так Марк Лициний Красс, жил, не тужил, но к сорока годам сыграла с ним злую шутку то ли старость, то ли гордыня.

Почему – задал он себе вопрос – почему, Гней Помпей, разгромив персов, имеет императорские почести? Почему сын знахарки и золотаря Юлий Цезарь удостаиваится почести пройти под имперской аркой? С какого вообще это такого?! Они же побирушки гнойные, прыщи на теле римского отечества! А я!!?

Вот не зря говорят – захочет бог уничтожить, отбирает разум. Казалось бы, Марк Лициний Красс был далеко не дурак. В военную кампанию с перспективой быть разрубленным напопопополам он как-то с рандомами не торопился.

Собрал самых лучших экспертов того времени (Сенека входил в из число, он потом мудрые пипец как письма напишет кому-то), и разработали они план. Слушайте, ну животик можно порвать. Вот точно, захочет бог уничтожить, отнимает разум.

Короче, эксперты стали рассматривать разные возможности для Красса. Собрать двенадцать легионов – нет проблем, денег достаточно, да не то слово. Но на кого нападать? Персы разбиты Гнеем Помпеем, франки, галлы и нордические берлинцы рассеяны Цезарем. Причем и от тех, и от других можно нехило так выхватить даже в их поверженном состоянии, они ведь даже, в силу присущего им варваризма, и не подозревают, что побеждены и их экономики лежат в руинах… мало ли что Обама тележит, ему косяк зажги, он вам что угодно скажет.

Ну вот. И, короче, эксперты предложили Марку Лицинию беспроигрышный, как им тогда, - в древнем мире - казалось, вариант – идти на Армению. По пути Персию не трогать, а зайти через евреев.

Ну, то бишь, атака Армении через Тель-Авив.

Вы понимаете всю суетность и бесплодность такого варианта военных действий?

Вы-то понимаете в моменте, а Марк Лициний осознал только по пути в Армению, что в Тель-Авиве его обобрали до нитки. Какая Армения? У него остался только карманный сундук  и жалованием для верного Санчо Пансы. Легионы были подкуплены верхушкой Сиона, и пока Марк Лициний выезжал из ворот Тель-Авива, тот уже завоевал себе Египет. На его же деньги.

Дойдя до ворот Армении, Марк Лициний горько заплакал, и удачно – как ему объяснили – сменял последний карманный сундук золота на лепешку хлеба.

Далее судьба этого человека, блестящего лирика, богача и острослова, теряется в прикаспийских степях.

Какой же смысл, какое зерно, так сказать, мы можем почерпнуть из данного нравоучительного повествования?

А такое, что пока есть бабки, держи их при себе и не связывайся с играми в процент.

Ну и вообще – будь человеком